прилет

Итак, мы подлетаем к Тегерану. Выспаться не получилось, полет короткий, кормежка... так что покемарили и все. На эшелоне за бортом была сплошная темнота, шли над облаками, а потом еще и над морем с горами. Но на снижении вдруг в иллюминатор стало видно миллион огней! Я ожидал чего угодно, но только не этого. Москва освещена и то меньше, а ведь мы летели над пригородами Тегерана, да еще и в три ночи, самый глухой час! Снижаемся еще ниже, самолет идет уже настолько низко, что кажется, вот-вот должны коснуться полосы, а дома под нами все не кончаются, кажется уже скоро поедем по крышам. Наконец летное поле, сели. Тут как раз начинаешь понимать, что значит выражение "воздушное судно", аналогия с морскими судами полная. Ты прибыл в порт в незнакомой стране, и пока еще на островке своей страны, на борту, а через 15 минут будешь уже среди совершенно чужих людей, обычаев и языка, в котором ни бельмесы.
Сразу возникает множество вопросов, как, что, куда пойдем? Но сначала надо выбраться из этой суеты порта. Мы думали, что при проверке виз придется рассказывать о цели путешествия, где мы остановимся и т.п., но к счастью, паспортисты и таможенники, нами не заинтересовались. Раз есть виза – никаких вопросов, тем более мы русские, а русских здесь уважают. Фототехника в большом количестве тоже вопросов не вызвала. Мы меняем приблизительно 2/3 наших денег на местную валюту, получаем несусветные миллионы в пачках, которые и распихать-то некуда, и идем к выходу и аэропорта. Там нас встречает толпа, которая встречает кого-то другого. Нас только спросили, не из Армении ли мы. Принять светлого голубоглазого Рому за армянина... н-да. Будем считать, что это был местный юмор.

покупаем билеты

Да, еще нас встречают таксисты, готовые везти нас в этот поздний час хоть на край света, только деньги плати. Как оказалось, цены были выше дневных всего в 2.5 раза, что в общем-то по божески, учитывая, что просили они с иностранцев и глухой ночью. Вот интересно, сколько щас таксисты в 3 ночи из Ш2 в центр попросят с иностранца, тыщи 3? С нас просили всего 10 долларов. Но нам сначала надо было купить билеты на самолет из Кешма (или Бендер-Аббаса) до Тегерана.
Сначала мы стали в очередь у стойки IranAir внутри самого аэропорта, после получасового ожидания в очереди из одного человека, нам сообщили, что билеты на местные рейсы продаются в другом месте и махнули рукой в нужном направлении. Когда мы вышли на улицу, к нам присоседился таксист, который мягко, но настойчиво предлагал ехать в город. Надо сказать, польза от него была одна – он подвел нас к нужной стойке, ибо на кассах местных направлений и написано по-фарси. Он еще порывался подождать нас, но мы также мягко и настойчиво отправили его восвояси, поблагодарив за помощь. Спешить нам было некуда.
Мы пообщались с обаятельной девушкой за стойкой, которая долго не могла понять, на Киш мы летим или на Кешм, или все ж в Бендер-Аббас, туда или обратно, сейчас или через неделю. Мы пока не знали и сами. Дело в том, что приближался мусульманский новый год – Навруз, а перед ним иранцы отправляются в дорогу, чтобы посетить родственников или просто отметить его в каком-то другом месте. Билеты на любой транспорт становятся дефицитом. Поэтому как мы и ожидали билета оттуда на нужную дату даже за 10 дней уже не было, а вот туда билеты еще были. После основательных размышлений, было принято глобальное решение — пройти маршрут в обратном направлении. Сначала полететь на Кешм, а потом постепенно возвращаться оттуда на автобусах через всю страну в Тегеран, к отлету обратного рейса в Россию. Тогда в случае каких-то проблем с билетами на автобусы можно будет сократить программу или на каком-то участке взять такси.
Итак, мы купили билеты на самолет до Кешма всего за 52 тумана с носа, распрощались с девушкой и вышли на улицу. Вылет в 14 часов, значит у нас в распоряжении еще около 8 часов.

утренний марш-бросок

В полпятого утра в центре идти особо некуда, так что мы решили убить время весьма оригинально – пойти в центр города пешком. Похоже, в крупных городах жизнь не замирает и ночью, так что улицы не были пустынны. Нам постоянно сигналили догоняющие нас сзади машины. Вид европейцев, да под рюкзаками, топающих куда-то в ночи, их удивлял и забавлял. Пара машин даже останавливалась и нас предлагали подвезти... добрые люди, нам бы ночной город посмотреть!
Дошли до монумента Азади, который недалеко у аэропорта. Там уже бродили какие-то люди, бдили охранники, стояли таксисты, пара человек прям у трассы готовила на газовой горелке чай на продажу. В общем город жил своей ночной жизнью, а движение на дорогах было не меньшим, чем в Москве. Глаз пытается зацепиться за что-то знакомое, но пока ничего знакомого нет... ага, вот, мимо пронесся Икарус-гармошка. На мгновение показалось, что вот мы сядем в него, и он нас до Петрашки и довезет. А может быть и до Медведкова.
Встретился нам и тегеранский дворник. Проблему мусора он решал весьма своеобразно, что можно сжечь – сжигал на месте. Странное решение для столь большого города...
Дошли до первой станции метро, но оказалось, что первый поезд пойдет в 7-20, так что стоять и ждать его целый час не стали, переобулись, утеплились, и пошли дальше. Видимо, чтобы поход не был совсем уж халявой, Рома в день перед отъездом купил новые кроссовки, которые к тому ж слегка ему жали, так что дабы наш марш-бросок не окончился раньше времени, я одолжил ему припасенные для пещеры кеды. Надо сказать, что вещей мы брали по минимуму, а Тегеран, как впрочем и остальные города, находится ощутимо выше уровня моря. Так что утренний воздух бодрил и не давал останавливаться надолго.
Первыми начали открываться булочные. Сначала мы увидели спешащих людей с такими большими благоухающими лавашами под мышкой, а потом дошли и до булочной, где их выпекают. Какой же там запах свежего хлеба! А обстановка спартанская - мешки муки, специальная печь с живым огнем и два молодых пекаря. И еще на стене некое подобие вешалки со штырями, готовые лаваши нанизывают на них, как будто вешают одежду.
Когда рассвело окончательно, стали видны горы, они очень близко подходят к городу, и очень забавно видеть в конце улиц выходящих на север, сияющие снежные вершины. Такого нет нигде, я думаю, чтоб такой огромный город и рядом – горы. Вспоминается разве что Петрпавловск-Камчатский, правда там всего два вулкана на расстоянии 25-30 км от города, а у Тегерана – целая стена из гор на расстоянии 15-20 км от центра города, то есть подходящая практически к его окраинам.

машинки и глючный домик

Пока мы не успели насмотреться на местные машинки, нам была инетересна почти каждая. То малышка Ситроен бог знает какого года выпуска, то огромный грузовик-мерседес, то шикарный старый шевроле, сошедший как будто бы с экрана американского фильма 60-х годов. Сухой и жаркий климат способствует сохранности авто, так что по всему Ирану можно найти массу автомобилей которые хоть сейчас в музей.
Еще мы встретили забавный домик, сошедший будто бы из рисунка Дали. У него был фасад, но не было видно стен. Но в окнах горели лампочки, а на нем самом была вывеска "практикующий доктор". Как устроен этот сюрный домик и почему он такой (дороговизна земли?), так и осталось загадкой.
В конце концов мы подустали и проголодались. Пришлось сесть на первую попавшую скамеечку и перекусить. Хорошо пошли даже кусочки мяса из московского Макдональдса, а пироги жены показались ну очень вкусными. Далее мы еще прошли немного вдоль комплекса правительственных зданий, которые очень хорошо охраняются, и фотографировать которые я, на всякий случай, не стал, и вконец утомившись, поймали такси и поехали к дворцу Голестан.

дворец Голестан

Дворцы в Иране разные, но в при этом имеют одну и ту же структуру. Это как правило целый квартал, окруженный по периметру двухэтажной стеной-галереей. То есть снаружи вроде стена, а изнутри может быть уже что угодно: галереи, открытые мансарды, или просто жилые помещения. Во внутреннем пространстве утраивается как правило сад с фонтанами или хотя бы бассейном. Ну и еще где-то внутри может быть (хотя и необязательно) мечеть, либо встроенная в эту же стену-галерею, либо отдельно.
Дворец Голестан (в переводе "Сад Роз") построен не так давно, в 1749-1813 годах. И до 1979 года был парадным шахским дворцом, где проводились официальные церемонии и государственные приемы. С 1894 г. здесь расположен Художественный музей с уникальной коллекцией произведений известных иранских художников и графиков XIX-XX вв.
Очутились мы у входа в дворец почти за час до его открытия, однако после недолгого объяснения нас пустили внутрь, за забор, и предложили подождать на скамеечке до открытия. Рома прикорнул, а я отправился на разведку, поскольку рядом был рынок и нам надо было до отлета закупить продукты для автономного проживания на о. Кешм. Рынок, оказалось, только начинает открываться, так что я несолоно хлебавши вовратился назад.
Наконец музей открылся и мы были первыми его посетителями. Опять же, нам любезно предложили оставить рюкзаки в каморке у билетера. Первое же помещение, куда мы попали показалось нам просто-таки волшебным. Это была такая открытая мансарда с троном из мрамора посередине, вся отделанная стеклом и зеркалами. Видимо на этом троне шах и принимал гостей. Но поразил, конечно не трон, а вот именно эта отделка с зеркалами, ведь им были отделаны все стены и размеры зеркал были от 2х3 метра, до мелких кусочков, составлявших мозаику. Дневной свет сюда почти не проникал из-за черной материи, которой была завешена открытая часть мансарды, однако, того что был хватало, чтобы представить как все это будет сиять на солнце, если материю откинуть.
В художественном музее, на удивление, кроме персидских, нашелся целый зал русских авторов, в частности мы увидели несколько картин Айвазовского. Стало очень приятно, что русскую культуру здесь уважают и помнят времена, когда мы были гораздо ближе, а граница была не только по морю.

рынок

К тому времени, когда мы второй раз пришли на рынок, здесь уже кипела жизнь. Дорога запружена машинами, там полный бедлам, тротуар - людьми. Первые ряды, выходящие на улицу, заняты в основном продавцами орехов и сухофруктов. Орешки насыпаны приличными горками, в центре воткнута табличка с ценой, половину наименований мы не знаем и даже не представляем сколько это могло бы стоить. От ценников реально едет крыша, потому как ко всему прочему мы еще не выучили половины цифр, потом еще эта путаница с риалами-туманами, и самое главное – половина продавцов вешает килограммами, а половина какими-то жменями, по 270 грамм. И поди разберись, даже если удалось прочитать персидские цифры, что это за цена, в туманах за килограмм или в риалах за жмень. Сам рынок, или базар, огромен, занимает целый квартал и построен по классической схеме, присущей востоку — длинные галереи с шатрообраным каменным сводом. Галереи местами запутанные, так что приходится запоминать маршрут, чтоб не заблудиться. Наряду с товарами местного производства, неожиданно много оказалось обычного ширпотреба, привезенного то ли из Китая, то ли из Турции. Особенно детского. Женское белье и открытые платья тоже есть, что весьма контрастирует с тем, что носят на улицах. Вот продающийся хиджаб, наоборот, встретить очень трудно. Видимо, все эти красивости одеваются дома, там женщина вполне самовыражается.

где мясо?

Где продается мясо мы так и не нашли, хотя дойдя до центра рынка отлавливали там народ, который мог говорить по-английски, но то ли они не могли понять что нам нужны именно консервы, то ли их там вообще не было. Голод уже давал о себе знать, так что мы стали искать где перекусить, и желательно чего-то с мясом. Нашли закусочную, где на витрине лежали полуфабрикаты из мяса, похожие на тонкие котлетки. Попросили сделать нам 6 штук таких. После долгих выяснений оказалось, что это начинка для чего-то вроде гамбургера, которая разогревается отдельно, а потом кладется между булок с помидорами, огурцами и луком. Такая иранская пародия на БигМак. Но с голодухи и не такое съешь, так что мы даже заказали себе еще по одному впрок, на Кешм, пока там будем искать нормальную еду.

чайный магазин

Еще мы зашли купить себе чаю, в чайной лавке, где кроме чая ничего не продают. Простоять в ожидании того, когда на тебя обратят внимание, пришлось минут 10. Торговля, надо сказать, немного напоминает советскую своей ненавязчивостью. Можно рассматривать товар хоть полчаса, тебе, как правило, не будут ничего навязывать, дадут самому выбрать. Я, конечно, не просто стоял, я пытался понять, какой чай покупают и почем.
В принципе, иранцы вообще не любят спешить с покупками, и сам процесс – это не то что у нас – выбор товара, основанное на собственных ощущениях и попытка отбиться от назойливого продавца. Там покупатель очень активно общается с продавцом, откуда товар, что лучше и т.д. То есть покупатель ведет разговор, и доверяет продавцу, в отличие от наших рынков, где продавец старается продать-навязать товар, неважно, то ли ты собирался купить и нужно ли тебе оно.
И еще, конечно, чай, выбирают так тщательно потому, что в Иране целая культура пития чая. Можно сказать, чай – иранский национальный напиток, но об этом я подробно расскажу позже. В общем, так и не дождавшись внимания продавца, я всеж-таки определил, какие чаи пользуются популярностью и какой хочу я. И попросил мне взвесить.
Рома все это время стоял на улице, на ступенечке перед магазином. Его ощущения — как будто стоишь на витрине. Впоследствии мы не раз сталкивались с этим. В городах это вежливый интерес, взгляд как бы мельком, украдкой (женщины) или с интересом, прямой (мужчины). Но в любом случае, с достоинством. Некоторые пытаются прикоснуться, пощупать. Это в Тегеране, там народ немного привык к европейцам, а вот чем дальше вглубь страны, тем больше интереса. В деревнях ощущаешь себя просто-таки заезжей звездой. Мы вначале стеснялись фотографировать людей, но потом оказалось, что многие этого или хотят или даже просят. Однако, еще раз хочется отметить, что все это делается без заискивания, у иранцев развита собственная гордость, что вызывает уважение, особенно если вспомнить, как наши граждане относились к иностранцам лет 20 назад.

гонки в аэропорт

Потихоньку выбираемся из рынка, народу стало еще больше, а уличное пространство вокруг рынка превратилось в одну сплошную пробку. Находим таксиста, но очень долго объясняемся. Нам по дороге в аэропорт еще надо попасть в магазин карт, но он никак не может понять, где это, хотя мы показываем по карте в путеводителе. Но прочитать на латинице – выше его сил, а наше произношение, видимо далеко от правильного. К нам подходит и помогает молодой иранец, который вроде бы немного понимает по-английски, они о чем-то договариваются и наконец мы отъезжаем. Сразу договариваемся об оплате – из центра города нас повезут в аэропорт за 3 тумана.
Но водитель все равно как будто бы в чем-то неуверен, что-то объясняет нам, но помощников нет, я понять ничего не могу. Практически сразу становимся в глобальную пробку, Тегеран по части пробок – достойный соперник Москвы. Двигаемся мы крайне медленно, на улице жара, все окна в машинах открыты. И водитель решил уточнить, как ему ехать у соседей по пробке, сначала просто спрашивал, потом вдруг взял у меня путеводитель и отдал в соседнюю машину. Тут наш ряд немножко поехал... Я стал немного переживать за его судьбу, ибо к тому времени мы поняли что, при нашем незнании фарси, в Иране этот путеводитель – наше спасение.
Но ничего, потом поехал их ряд, они нас догнали. Там семья, женщина карту изучила и что-то там ему сказала. Женщины в Иране вообще в среднем образованней мужчин, знают языки и отнюдь не выглядят угнетенными. Спокойно общаются, за исключением разве что незамужних девушек, но об этом позже. Стоим в пробке дальше, до регистрации остается меньше часа, и в тот момент, когда я готов сказать, что все, забиваем на карты, едем в аэропорт, мы свернули в нужный переулочек. Нашли магазинчик, а он оказался закрыт. Пятница – выходной день в Иране.
Теперь уже до регистрации 40 минут, а мы в центре города, окруженные пробками. Но наш водитель проявил чудеса изобретательности. Аэропорт Мехрабад находится на западной окраине города, но он повез нас сначала на север, потом переулками мы выскочили на скоростную объездную дорогу, недалеко от телебашни, и уже по ней понеслись в аэропорт. К регистрации успели, правда водитель скромно, но твердо, попросил добавить. Мы и сами об этом думали, поэтому без сожаления отдали 4 тумана за целых 1.5 часа езды по городу.

летим на Кешм

Терминал с которого нам предстояло улететь на Кешм, был местным, что несколько затрудняло поиск нужных стоек регистрации и выходов, ибо практически все здесь на фарси. Объявления тоже на фарси, но на счастье над стойками регистрации иногда все-таки появлялась латиница, ура! После регистрации можно перевести дух и оправиться. Зашел я в туалет и испытал настоящий шок, там не только чисто, но и запаха практически нет! Надо заметить, что те стереотипы, которые есть в отношении арабов, они почему-то часто переносятся на персов, но персы – не арабы. Их культура гораздо чище, я бы сказал. И этнически они гораздо ближе к нам, чем к арабам. Так что путать не стоит.
Посадка немного задержалась, но потом все произошло очень быстро. Нас посадили в 1 автобус, загрузили в самолет и он тут же порулил на взлет. Как будто не в самолет сели, а в автобус. Фоккер F-100 изнутри и похож на автобус, два ряда по 2 кресла, всего около 100 мест. Народ простой, семьи с детьми, стюардессы разносят конфетки. В отличие о города, здесь на нас почти не обращают внимания, хотя мы единственные европейцы. Места нам достались в 14 ряду, сразу после 12-го. Вот так так, оказывается иранцы суеверны настолько, что в самолете нет 13 ряда! Но мы-то все равно сидим в 13 ряду, если считать сначала, так что мне сей выверт не понятен.
Очень хотелось поснимать страну сверху, но, проклятие 13-го ряда, наш иллюминатор оказался сильно поцарапанным. Соседние были чистенькими, но пересесть не получилось – все места заняты. Однако наблюдать страну сверху было все же очень интересно. Характерная для крупных городов Ирана двух-трехэтажная застройка, днем выглядит не так сказочно как ночью, но все же необычно. Квадратики кажущихся одинаковыми домов и огромные площади с зеленью и фонтанами. Через 10 минут пролетели новый аэропорт имени Имама Хомейни, в который все никак не переведут международные рейсы. Все-таки 30 км от города – далековато, хотя здание и все остальное там очень современное.
Летели мимо большого соленого озера Кум, оно около 10 км в диаметре, на берегах идет соледобыча. Масштабы трудно представить с воздуха, однако сияющая белая тарелка среди красноватой пустыни впечатляет. Дальше пошла пустыня, среди которой периодически встречались скалистые гребни, похожие на полузасыпанных песком динозавров. Некоторые гребни идут параллельно парой на полсотни километров, почти до горизонта. Похоже, это древние разломы, засыпанные песком. Один из них у города Кум, удалось запечатлеть.
Периодически пустыня сменяется зелеными долинами рек, текущих с гор Загрос. Затем под крылом самолета появились и сами горы, наполовину покрытые снегом. Эти горы довольно высокие, так что таяние снегов и дожди, идущие в горах, снабжают водой практически полстраны, лежащей на пустынном нагорье к востоку от гор. При подлете к Кешму самолет стало немного трясти, а видимости не стало никакой. С Персидского залива приходит очень влажный воздух, но дождями он выпадает в горах материковой части. Когда мы приземлились, над нами была лишь легкая дымка и никаких признаков грозовой деятельности. Намакдан с воздуха я тоже не увидел, а сам остров был практически желтый, с красными соляными куполами и небольшими вкраплениями зеленой растительности.
Итак, мы в международном аэропорту Кешма, вокруг нашего самолета куча безопасников, так что снять на память наш Фоккер я не решаюсь. Однако, приятная неожиданность, второй самолет на стоянке – родной Як-42 Кешмских авиалиний. Отойдя на пару сотен метров, я его снимаю. Такой вот привет с родины.
Мы еще тешили себя надеждой что хотя бы здесь можно будет закупиться продуктами, однако аэропорт натурально стоит в пустыне, ближайший магазин в 30 км, в городке Кешм. В самом же аэропорту, кроме магазинчика "вода-печенье-чипсы-пиво" ничего не было. Пиво уже, кстати, не только безалкогольное, о. Кешм – свободная экономическая зона, поэтому здесь допускаются кой-какие вольности. Кроме того, ходит валюта ОАЭ - дирхам, цены называют в ней, либо в долларах, и только в третью очередь – в риалах. Мы еще не успели привыкнуть к путанице риалы-туманы, а тут еще и дирхамы!
Пока я покупал воду, Рома прошелся по аэропорту и нашел представителя турагенства, у которого были карты Кешма на фарси. Девушка эта, конечно, ничего не поняла из того что он говорил, но карту ему выдала, бесплатно. Я потом повторил трюк, поулыбался девушке и тоже получил карту. Эти карты нам потом очень помогли, потому как там все было написано на фарси, и можно было ткнуть в карту и показать, куда нам надо.

дедушка на Тойоте

Пока мы закупались водой, прибывший с нами народ разъехался. Выход на прилете уже успели закрыть, пришлось пройти через вход на вылет. На площадке перед входом два скучающих иранца, при виде нас очень оживились. К счастью, один из них сносно говорил по-английски. Когда узнали, что мы из России, обрадовались нам как братьям. Пожимали руки и хлопали по спине. Нашли нам местного дедушку, который то ли жил в той стороне острова, то ли просто был не прочь подзаработать. Дедушка на Тойоте с кузовом, сразу согласился нас довезти, но с ценой возникла заминка. Он хотел 20 долларов, но мы сказали что это дорого, и более того мы ж братья, из России! Ну раз так, то братьев из России можно довезти и за 10, на том и сошлись.
Я не раз ездил по России и за ее пределы стопом, так что примерно представлял как водят машину 60-летние люди. Степенно так, не спеша... Но наш дед был не таков: орлиный глаз и точная реакция, всю дорогу мы ехали 120-140 км/ч, только ветер свистел. Причем это не было вождением на грани или лихачеством, машина шла точно и уверенно, чувствовалось, что он так всегда водит. Вот что значит сухой закон, ктоб у нас в возрасте за 60 так водил!
Навстречу нам неслись такие же тойоты, только с тремя-четырьмя женщинами в кузове. Так здесь путешествуют семьями. А что, дождей нет, жара, погрузил семейство в кузов и поехал. На острове половина машин – эти самые тойоты, очень популярная модель. Еще очень популярны мотоциклы, опять же по причине тех же погодных условий.
К Намакдану мы едем не прямо, а по объездной дороге, идущей по северной стороне острова. В какой-то момент справа от нас появляется море с заходящим солнцем, мангровые заросли, а слева, вдали – северные склоны купола Намакдан. Потрясающее зрелище! Очень жалею, что мало снимал на этом этапе, потому как думал, что в ближайшие 4 дня нам негде будет подзаряжать аккумуляторы к фотику, и экономил.
Чем ближе к Намакдану, тем более интересные формы рельефа попадаются по дороге. В отсутствие дождей, ветер – основной природный архитектор. Так что часто попадаются грибообразные формы рельефа. Но фотографировать их некогда, солнце зашло и до полной темноты остается на более 20 минут, когда мы доезжаем до развилки на Куни, последнего поселка перед Намакданом. Дед пытается свернуть на Куни, мы протестуем, с помощью жестов и нескольких слов на английском, выясняем что дед собирался нас здесь оставить в чем-то типа гостиницы. Чтобы мы утром уже ехали до места, до которого еще километров 12. Однако мы настаиваем, чтоб он нас довез именно туда.
В сумерках уже почти ничего не видно, однако купол Намакдан кажется местом просто фантастическим. Слева горы соли, справа, внизу, под небольшим обрывом, плещется море. Периодически пересекаем белые соляные речки и пытаемся понять, где же наша. Инструкции, которые нам давал Юра, предполагали, что мы заедем по другой дороге, с противоположной стороны.

на берегу Персидского залива

Но вот, вроде бы нужная речка найдена, останавливаемся, выгружаемся. Платим деду оговоренную сумму плюс 2 доллара сверху за лишние километры. Дед, довольный, уезжает в темноту. Пока мы взгромождаем на себя рюкзаки, глаза привыкают к темноте и оказывается, еще что-то видно. Не включая фонариков, мало ли что, идем в сторону моря, до которого здесь метров 500. Вокруг нас происходит непонятная ночная жизнь, довольно неожиданная для нас. Как говорится, самый страшный зверь в лесу не волк, а человек, так что наши страхи довольно обоснованы. Прислушиваемся к каждому звуку, ведь нам предстоить ночевать здесь под открытым небом, без палатки, все шмотки и фототехника будут просто лежать рядом.
Основные звуки исходят из двух очагов цивилизации, освещенных фонарями, в которых видятся очертания то ли домиков, то ли башенок. Один поближе, в 500 метрах, другой чуть подальше. Еще, в том месте куда мы шли, мы заметили неясный силуэт и красный огонек, как будто человек стоит на берегу моря и курит. Встречатся на ночь глядя с кем бы то ни было не хочется, ибо тогда беспокойная ночь обеспечена. Достаем бинокль, смотрим, нет, вроде не человек, а какой-то навес. Вдали, в море светится огонек, видно неясно, то ли корабль, то ли нефтяная платформа.
Наконец находим укромный уголок для ночевки — небольшое понижение в пол человеческого роста с более-менее ровным дном, метрах в 50 от моря. Садимся перекусить оставшимися с Тегерана гамбургерами и орешками. Настроение смешанное, жуткая усталость, недосып и настороженность, и в то же время радость: ура, мы здесь, на Кешме, в тысяче километров от дома, а рядом море и лето. Я достаю телефон, чтобы позвонить жене, но, к сожалению, здесь связи здесь уже нет. Придется ей об этом догадываться...
С наступления ночи прошло уже почти три часа, а звуки все не смолкают. Вдалеке слышится мерный стук. По дороге, которой мы приехали, проехала машина. Другая машина буксует метрах в 200 от нас, и ее пытается вытащить из песка шумная компания персов. Благодаря нашей светомаскировке, они нас не замечают. Мы уже залегли в спальники, но от возбуждения не спится. Над головой ясное звездное небо, и только северная половина созвездий знакома, с юга же многие вижу в первый раз. Наконец завязшую машину вытаскивают, все стихает и мы засыпаем...