восход солнца

Утро было довольно прохладное. Проснулся я практически одновременно с восходом солнца, вокруг все в обильной росе, хорошо хоть фото техника была предусмотрительно спрятана. Выполз я из спальника, Рому решил не будить, и быстрее к морю, все жутко интересно! На берегу, глянув еще раз на восходящее солнце, я понял, почему было так много росы. Солнце, хоть и находилось уже высоко над горизонтом, все еще было оранжево-желтым, море было явно теплее воздуха и испаряло массу влаги. И, несмотря на утро, даль была подернута дымкой. То, что вчера светилось огоньком далеко в море, оказалось нефтяной платформой. Морем я это называю, конечно, неправильно, но ощущения океана здесь нет. Противоположного берега не видно, до него здесь 80 км, так что волны здесь не океанские, хотя приливы-отливы есть, около метра с небольшим. Так что полное ощущение моря, хотя это Персидский залив Индийского океана.

глазастые крабы

Сейчас был отлив, и в зоне отлива можно было увидеть кучу живности. Практически сразу, на песчанном пляже, я столкнулся с совершенно замечательным глазастым сухопутным крабом. Нежно-сиреневый панцирь и глаза на длинных ножках меня очень впечатлили. Краб бегал довольно шустро, но мне удалось сделать несколько кадров еще на пляже и потом в траве. Позировал он мне не больше пары минут, после чего резво убежал в свою норку. Норы, кстати у них весьма своеобразные, вырыты в сыром песке на пляже, и возле каждой норки – коническая горка 15-20 см высотой, к которой протоптана надежная крабья тропа.
Кроме того, погуляв в зоне прилива, я обнаружил и других крабов, помельче, морской огурец или трепанг, специфические водоросли и очень острые ракушки на камнях. Поснимал панораму, отсюда южную часть Намакдана можно охватить одним взглядом. Пожалуй, тут я расскажу про Намакдан поподробней.

соляной купол Намакдан

Соляной купол (диапир) Намакдан представляет собой почти что круг диаметром около 6 километров, поднятый над окружающей поверхностью на 200-300 метров, внутри которого сильно пресеченная местность. Небольшие горы сложены из соли со смесью разноцветной пыли и покрыты примерно метровым слоем красной глины. Геологически это очень молодое образование, куполу около 4000 лет. Казалось бы, он уже должен быть размыт дождями. Однако, из-за того что дожди здесь очень редки (1-2 раза в год) процесс размытия не так быстр. Хотя соль все-таки не камень и следы свежих обвалов мы видели постоянно.
Происхождение купола таково – пласты соли выдавливаются сквозь вышележащие породы, "всплывают" при тектонических движениях, потому как плотность соли меньше плотности окружающих пород. Рядом с куполами, кстати, очень часто находятся месторождения нефти и газа, вплоть до выхода источников нефти на поверхность.
"Намакдан" в переводе с фарси – "соляной мешок". И он оправдывает свое название, издавна здесь добывают обыкновенную поваренную соль. Еще бы, здесь ее просто горы, только надо отделить от пыли и грязи. В геологическо описании Намакдана еще 50 лет назад он был описан как основное место соледобычи Ирана.

знакомимся с местными

Вдоволь нагулявшись по побережью Индийского океана, решили что надо знакомится с местными. Неизвестность хуже всего, а так узнаем хоть, что за люди, чего ждать. То, что нам могут помочь, мы даже и не думали. В ближайшем, из тех, что мы видели ночью, очаге жизни, стояло несколько примитивных домиков, кипела работа, ездили грузовики, что-то копали работяги. Дальний – оказался настоящим фортом с башенками и флагом, вдоль стен которого прогуливались с автоматами часовые. Не надо, наверное объяснять, почему мы выбрали первый.
Нас радушно и с интересом встретили местные работяги, как впоследствии оказалось, соледобытчики. Один из них, Хусейн, самый молодой и продвинутый в плане английского языка, вызвался показать нам пещеру Tri Nahachu. Хотя был очень удивлен, что нас всего двое. По его словам, менее чем вдесятером в пещеру ходить опасно, может завалить, да и мало ли чего... Рассказал, что за несколько дней до нас там были японцы, 8 человек. За три дня прошли почти всю пещеру. Ладно, что нам японцы, веди, сами разберемся, сказали мы ему.

пещера Tri Nahachu

Название пещеры – Три Нахашу в переводе с фарси означает "Трое Обнаженных (мужчин)". Не знаю откуда оно взялось, но, в отличие от обычных пещер, быть обнаженным там местами вполне можно. В пещере тепло, примерно 24°C, а по дну течет вода, вернее, насыщенный соляной раствор примерно такой же температуры. Единственное почему там нельзя ходить в майке и шортах – кристаллы соли, которые окружают тебя повсюду. Стены, потолок, сталактиты и даже местами пол пещеры состоят из соли в разных формах, так что наилучшая форма одежды – комбез на голое тело.
От домиков соледобытчиков до пещеры оказалось недалеко, около двух километров. Половину из этого пути мы шли по руслу соляной речки, вытекающей из пещеры. Как видно, речка временами бывает довольно полноводной, метра 3 в ширину и сантиметров 40 глубины. Однако, по-видимому, последний дождь был давно, поэтому речку, превратившуюся в ручей можно было легко перешагнуть. А ее русло было покрыто ослепительно-белой соляной коркой, которую издали можно принять за снег, и которая характерно хрустела под ногами.
Вот мы и перед входом в пещеру. Вход в нее, чуть больше метра высотой, находится на краю соляного купола, под почти отвесным 100-метровым обрывом. Перед входом в пещеру – свежеотколотый кусок соли, килограмм на 300. Да и сами нависающие над входом слои соли выглядят весьма ненадежно. Так что может Хусейн и прав со своими предупреждениями.
Все наше снаряжение при нас, но мы туда только заглянули, метров через 10 от входа надо лезть в воду. В принципе можно хоть сейчас переодется и полезть, но очень хочется перевести дух и поесть перед столь важным мероприятием. Видя наше колебание, Хусейн предлагает показать нам пещеру попроще, куда можно пройти посуху. Мы согласны, эта пещера никуда от нас не убежит, координаты внесены в GPS, так что можно и другую посмотреть.

по дороге к новой пещере

Впрягаемся в рюкзаки и снова топаем по глинистой пустыне. Деревьев в округе почти нет, одинокие чахлые акации не в счет, только кусты верблюжьей колючки и местами пучки травы. Температура в тени, наверное, чуть выше 30°, но где она, эта тень? Хусейн, ничуть на смущаясь, взял достаточно высокий темп, я же по пути пытаюсь еще снимать перспективные дыры в соляном массиве, так что потом приходится догонять. Преодолеваем небольшой, метров 70, перевальчик, наверху наш проводник останавливается и срывает с дерева метра три высотой мелкие красные ягодки, предлагает их нам. Я пробую, на всякий случай, одну. Что мне скажет на это желудок?
Теперь мы уже шагаем не по границе, а по самому соляному куполу. Тропа местами очень узкая, и, то тут то там, встречаются вертикальные колодцы, промоины или провалы. Все же основной архитектор рельефа здесь – вода, а горы из соли. И это сочетание дает неожиданные результаты. Местами идешь как по другой планете, последний раз такое ощущение было, когда мы ходили по лавовым полям на Камчатке. Растений здесь уже почти нет, вернее они там, где нет соли и есть хотя бы небольшой слой глины
Хусейн угощает нас еще одной травой, листья которой на вкус как щавель. Неплохое вариант на случай отсутствия воды. Растение невысокое, 40 см в высоту с пучком листьев у основания и розово-белыми цветками, собранными в пирамидку.
Перебравшись через несколько нагромождений соляно-глинистых глыб, мы вышли на окруженную со всех сторон горами плоскую равнину, диаметром с километр и направились под один из склонов, где был овраг. Когда мы туда спустились, оказалось, что овраг уходит в гору и его продолжение и есть новая пещера.

пещерный бум

Первая мысль, ура, наконец-то тень! Вход в пещеру высокий, метра три, можно идти не сгибаясь. Сбрасываем рюкзаки, достаем фонарики и идем за Хусейном. Первые пару десятков метров ничего интересного нет, а потом начинаются соляные сталактиты. В длину они порядка полутора метров, некоторые доходят почти до пола. Кристаллы соли слабо поблескивают в свете фонарей. Касок у нас нет, так что здесь нужно беречь голову. Хусейн искренне удивляется, почему я не фотографирую такие красоты. Я отвечаю, что потом обязательно все отсниму со штативом и хорошим светом.
Пещера сужается и мы на корточках проползаем в самом узком месте, высота потолка около 1.2м, справа цельная глыба соли, над которой поработала вода. Выглядит она как грязный лед, только сухой и не холодный. Остальные стены, кстати, состоят из прессованой соли с разноцветными, преимущественно красными, прожилками пыли. Движение воздуха было неощутимо на входе, здесь же дует приятный ветерок.
После узости, открылся огромный тоннель, диаметром метров 8-10. Через несколько метров под ногами вместо глинистого пола – куча крупной соли. Это вывал, над ним на потолке соответствующая ниша. Не хочется думать, что будет, если на нас сверху, с высоты 3 этажа, упадет тонна соли.
Наконец мы выходим в огромный зал залитый оранжевым светом. Объемы этого зала поражают, а главное, он хорошо освещен, в одной из стен — провал, через который светит солнце. На стенах – причудливые узоры из слоев соли, а пол усеян крупными каменными валунами, вымытыми из соли.
Мы встречаем еще двух иранцев и впятером возвращаемся обратно. Один из них похож на ученого-карстоведа, пытается что-то рассказать нам про сталактиты. В конце концов мы с ними распрощались и они с Хусейном ушли. Хусейн так и не мог поверить, что мы останемся здесь ночевать, говорил, что это опасно, но так нас и не убедил.
Наконец все стихло, кажется, можно перевести дух и прислушаться к своим ощущениям. Но нет, пришла еще одна группа иранской молодежи. Все нас поприветствовали и дружной гурьбой пошли внутрь, сшибая головами тонкие сталактиты. Надо сказать, государство пока еще не занимается в полной мере охраной пещер, так что их посещают любители с разным уровнем культуры, часто не видящие ничего зазорного в том, чтоб отломить себе на память кусочек соляного сталактита.

исследуем новую пещеру

Наконец и эта группа уходит и я берусь за фотосъемку. Через некоторое время Рома присоединяется ко мне и помогает с освещением. Снимаем первый зал со сталактитами, зал метра 3 высотой, а сталактиты метра по полтора. Нижние части самых длинных покрыты мелким мусором и грязью, сначала мы даже не понимаем, почему. По ходу съемок, становится ясна общая картина - когда-то этот зал был затоплен на 1.5 метра грязной водой из долины. Причем не просто водой, а насыщенным раствором соли, потому как ни один из соляных сталактитов не растворился в ней.
Затем мы переходим в самый большой, Красный зал. Передать его величие не может ни одна фотография. Снимаю одну панораму от входа в зал, а потом снимаемся по очереди у стен зала, чтоб попытаться передать масштаб.
Через провал вылазим на поверхность, под ногами хрустят острые меандры из соли, вымытые дождем. Внизу оказывается еще один зал, а мы стоим на месте, которое было его потолком, а потом он обвалился. Рома спускается вниз и кричит мне оттуда, что у пещеры есть продолжение. Ну что ж, завтра осмотрим его подробней, а пока возвращаемся в наш лагерь у входа в пещеру.

первая ночевка в пещере

Идем искать хворост для костра, несмотря на пустынность пейзажа, мы легко нашли высохший горючий кустарник. По дороге встретили муравьиную тропу. Муравьи крупные, каждый несет по маленькой палочке. Попытались проследить, где она начинается и где кончается, но ни то ни другое не удалось. С одной стороны множество муравьиных ручейков стекаются в один поток, с другой стороны - поток исчезал в камнях. Нашли какие-то странные группы конусовидных ямок и так и не смогли понять, кто и зачем их нарыл.
Наконец стемнело и мы разожгли костер. Готовить на нем нам было нечего, да и сгорел он очень быстро - пустынные кустарники горят как порох. Поужинали остатками орешков и сладостей, купленных в Тегеране и залегли спать прям в пещере. Рома ушел вглубь, в первый большой зал, а я залег недалеко от входа. Стало тихо-тихо, только изредка мимо летала летучая мышь.
В пещере оказалось гораздо теплей, чем у моря. Так что, одевшись заранее потеплей, в расчете, что ночью будет холодно, я оказался неправ. Ночью пришлось даже раздеваться.